• Архив номеров
  • Погода:
  • знач. изм. знач. изм.
    EUR USD 20/01 56.59 0.1705 EUR EUR 20/01 69.4 -0.1371

Архив

Последние комментарии

Последние темы форума

Объявления

Партнеры

    На леспромхозовских площадках — тишина

    2013-11-28 1277 0
    На леспромхозовских площадках — тишина

    В ООО «Леспромхоз» до сентября этого года работали более 100 человек — жители Минаевки и Большого Кордона. Вот уже третий месяц все они находятся в неоплачиваемых отпусках

    23 СЕНТЯБРЯ 2013 года на сайте департамента лесного хозяйства Томской области была опубликована небольшая информация. В ней сообщалось, что во время проведения рейда на территории Мало-Юксинского участкового лесничества была задержана бригада чёрных лесорубов из восьми человек. Как указывалось в официальном сообщении, незаконной рубкой промышляли работники ООО «Леспромхоз». Для нелегальной заготовки древесины они использовали технику, принадлежащую ООО «ПКФ «Надежда»: трелёвочник, валочную машину, погрузчик, трактор. Действовали с размахом: на месте обнаружено более 500 кубометров деловой древесины, преимущественно сосны. Ущерб, нанесённый государственному лесному фонду, по подсчётам специалистов департамента, оценивается в 2 млн. 338 тысяч рублей. Все восемь человек были допрошены сотрудниками МО МВД России «Асиновский». Техника изъята. По выявленному факту сотрудники полиции планировали провести доследственную проверку, чтобы подготовить материалы для возбуждения уголовного дела по ст. 260 УК РФ. Максимальное наказание, предусмотренное статьёй за незаконную рубку лесных насаждений, — штраф до одного миллиона рублей либо лишение свободы на срок до шести лет. Кроме того, нарушителям придётся возместить ущерб, причинённый гослесфонду.

    Информация со ссылкой на официальный источник была опубликована и в нашей газете, но тогда мы и представить себе не могли, какое продолжение будет иметь эта история. Случилось же следующее. Практически сразу после описанного происшествия руководство ООО «Леспромхоз» приняло решение распустить всех своих работников в бессрочные неоплачиваемые отпуска. В результате они затянулись на два с половиной месяца. Как выживают оставшиеся в одночасье без работы люди? Каково будущее предприятия, которое было главным источником дохода многих минаевских и большекордонских семей?

     

    ПРОХОДНАЯ ООО «Леспромхоз» в Большом Кордоне встретила нас тишиной. Производство стоит, о чём красноречиво свидетельствуют замершие краны и деревообрабатывающие станки да занесённая снегом безлюдная территория. Небольшая тропинка протоптана только до металлического вагончика. В жарко натопленном помещении — сторож Оксана. Впрочем, сторожем она стала всего месяц назад, до этого трудилась контролёром, а новая должность — это уже вынужденная мера.

    — На предприятии остались только сторожа, которые охраняют диспетчерскую, автозаправку и пилораму, да кочегары, всего человек десять, — рассказывает Оксана. — Остальные примерно с конца сентября находятся в бессрочных отпусках. Мой муж, который ранее работал на погрузчике, в том числе. Каждый у нас в посёлке по-своему пытается найти выход из сложившейся ситуации, ведь у многих семьи, маленькие дети и непогашенные кредиты. Кто-то уже нашёл работу вахтовым методом в сотне километрах от дома, кто-то вообще планирует уезжать из Кордона. Мало кто ещё надеется, что предприятие заработает в прежнюю силу. Верю ли в это я? Лучше не спрашивайте!

    На самом деле, лишиться заработка — дело серьёзное. Теперь это испытали на себе и жители соседней Минаевки, которые некогда целыми поколениями трудились на лесозаготовках.

    — У нас здесь вообще нет вариантов для трудоустройства, — делится своими проблемами Евгений Рюньтю, у которого общий стаж работы в леспромхозе — 16 лет. — В последние годы трудился  укладчиком пиломатериала, получая до 15 тысяч рублей в месяц. Чем теперь кормить семью, а это беременная жена и четверо детей, не знаю. Пока не живём, а скорее выживаем за счёт крошечных детских пособий в общей сложности 700 рублей в месяц.

    В аналогичной ситуации оказался и Владимир Евлахов, у которого пятеро детей, самому младшему — всего 8 месяцев.

    — Работал слесарем, теперь вот дома в няньках сижу, — рассказывает мужчина, покачивая коляску, пока жена хлопочет на кухне, выбирая, что приготовить на обед: картошку жареную или варёную. Теперь не до жиру, как говорится, быть бы живу.

    На мой вопрос, почему не устроился как многие мужики на вахту, ответил, что не сможет в лесу работать — суставы болят. А здесь, в деревне, слесарь никому не нужен.

    О такой непростой ситуации все в Минаевке знают. В местном магазинчике, где работники леспромхоза всегда могли получить товар под будущую зарплату, разговоры до сих пор только о свалившейся беде.

    — У нашего знатного вальщика Николая Титова жена больна. Чтобы оплатить её лечение, пустил всю скотину под нож, а сам с утра то за шиповником ездит, то на речку за рыбой — хоть какая-то да копейка! — рассказывали минаевцы.

    — Мой муж Валерий Бажуков тоже без работы остался. Как ушёл в июле в отпуск, так больше и не смог вернуться, — вторит односельчанам продавец магазина. — Людей и не сокращают, и ничего толком не говорят. Глава района на прошлой неделе к нам в Минаевку приезжал, но тоже ничем не обнадёжил. Неужели там, в Асино, не понимают, чем это всё для нас аукнуться может! Да что для нас!  Для жителей всех окрестных сёл, которые леспромхоз круглогодично обеспечивал недорогими дровами, а ещё для школ, ФАПов, досуговых учреждений, магазинов. Мы сейчас даже не можем нанять трактор, чтобы сено с поля скотине привезти. Ну как теперь жить?

     

    НА САМОМ ДЕЛЕ, негативные последствия закрытия довольно крупного предприятия — это не только безработица, но ещё и сокращение налоговых поступлений в бюджет, возможное обострение социальной напряжённости и криминогенной обстановки. Рассуждать на эту тему можно долго, но прежде всего мне хотелось узнать, в чём причина остановки предприятия. Люди считают, что в арестованной технике, но, насколько мне известно, арест не предусматривает запрет на её дальнейшее использование, а только на продажу. Ответить на возникшие вопросы может руководство. К сожалению, встретиться с директором двух предприятий, ООО «Леспромхоз» и ООО «ПКФ «Надежда» (за которым числится лесозаготовительная техника), я не сумела. Сергей Львович Покровский в Большом Кордоне редко бывает. Удалось застать на месте его помощника Сергея Тимофеевича Перервина, который и пояснил, что вся проблема — в отсутствии разрешительных документов на дальнейшую заготовку древесины.

    По его словам, ещё в начале сентября предприятие приняло участие в областном аукционе по продаже права аренды лесных участков сроком на 49 лет и выиграл его. Был подготовлен пакет документов, которые позволили бы официально проводить на полученных участках заготовительные работы, но их рассмотрение затянулось. Предприятие несло убытки и рискнуло приступить к работам без официального разрешения. Рассудили так: всё равно оно будет получено, тем более, что лес подвергся пожару и в любом случае должен быть вырублен. О самовольстве стало известно в департаменте охраны лесов. В результате случилось то, что случилось.

    Разрешительные документы до сих пор необходимыми инстанциями не подписаны, и леспромхоз не имеет права начать заготовку. Предприятие продолжает нести убытки. Нарушены все договорные сроки поставки древесины в Узбекистан, который может выставить поставщику большие штрафные санкции, а тем временем ранее заготовленный лес продолжает лежать на делянах и терять своё качество. Но руководство леспромхоза надеется на лучшее. Вполне возможно, в декабре все необходимые документы будут подписаны, и предприятие заработает в прежнем режиме. Вот только удастся ли вернуть специалистов, ведь много мужиков, работавших вальщиками и водителями лесовозов, уже разъ-ехались по вахтам. Сергей Тимофеевич уверен, что удастся. Так же считает и водитель предприятия Владимир Собянин, который продолжает ждать благополучного исхода:

    — Работа рядом с домом и, в принципе, за неплохие деньги заставит людей вернуться на прежнее место работы. Когда-то здесь работали наши отцы, а у некоторых — даже деды. К примеру, мой отец Анатолий Антонович был вальщиком. У Сергея Тимофеевича вообще целая династия: дед Константин и брат Анатолий Перервины — оба знаменитые бригадиры. Производственной лесозаготовкой здесь занимались с пятидесятых годов. Конечно, времена менялись, Тургайский лесозаготовительный пункт Асиновского леспромхоза остался только в памяти людей, но на смену государственному предприятию пришло частное, которое позволяет существовать посёлкам и обеспечивать людей заработной платой и дровами.

    Ну а как же быть с возникшими проблемами с законом, ведь он так или иначе был нарушен? Полиция пока воздерживается от комментариев, пояснив лишь, что проверка по факту незаконных порубок лесных насаждений не закончена. Уголовное дело не возбуждалось.

    Екатерина Корзик.

     

    Производство в леспромхозе заморожено, о чём красноречиво свидетельствуют простаивающие краны да занесённая снегом безлюдная территория.

     

    Люди третий месяц в вынужденных отпусках. У многих большие семьи, где главные кормильцы остались без работы. В их числе — Евгений Рюньтю, у которого общий стаж работы в леспромхозе 16 лет. Сейчас его многодетная семья выживает за счёт крошечных детских пособий.

    Рубрики:

    Номер:

  • распечатать
  • отправить другу
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить

Фотогалерея

Каталог предприятий

    раскрыть списокскрыть список

    Письма читателей

    Все письма