Галина Силина каждый год ждёт весны, чтобы вернуться в отчий дом в Мало-Жирово
Для Галины Васильевны нет лучшего места на земле, чем её дача с утопающим в цветах большим двором, скрипом старых половиц и запахом детства. С ранней весны до поздней осени она находится здесь, в тех самых стенах, где она выросла и где поднимали пятерых детей её родители-чуваши.
«А вас-то за что в Сибирь сослали?»
Женщина с улыбкой вспоминает, что такой вопрос как-то задали ей внуки. Но Воробьёвых, ставших одной из первых чувашских семей, поселившихся в Мало-Жирове, никто не ссылал. Приехали в 1964 году сами, по доброй воле.
Все пятеро детей Василия Пантелеймоновича и Марии Викторовны: четыре сына и дочь Галина – родились в пригороде Чебоксар. В шестидесятые годы, когда отец семейства съездил «на разведку» в Томск, где природного раздолья и работы было больше, чем в Чувашии, решили переехать. Поселились в местах не только с богатыми лесами, но и с хорошей школой. Родители Галины имели по тем временам неплохое образование – семь классов, поэтому мечтали и детям дать достойные знания. Мало-Жирово тогда славилось своей восьмилеткой, на неё выбор и пал. Вместе с Воробьёвыми приехали ещё четыре чувашские семьи, а за ними ещё – так в селе появилась целая чувашская диаспора.
Приезжим дали квартиры в построенных специально для них брусовых домах. Но Василий Воробьёв хотел иметь собственное жильё, вот и выкупил дом у молдаван, покидавших село. Тогда сосланных в разные годы молдаван и латышей было в Сибири немало. Молдаван репрессировали за их религиозные взгляды, считавшиеся политически опасными, антисоветскими. Лишь в шестидесятые годы с них сняли статус «врагов народа», и со временем многие вернулись на родину. Но Галина ещё застала и молдаван, и прибалтов.
– Помню девушек с непривычными для этих мест именами: Ирма, Сарма... Подружка Нина Драган была молдаванкой. У них в семье было много запретов, в том числе – карты. Но мы её научили играть в дурака, – смеётся Галина Васильевна. – Это была наша тайна.
К местному укладу Воробьёвы привыкали постепенно. Впрочем, по национальностям в деревне никого не разделяли, в школе и к ссыльным, и к местным, и к приезжим отношение было одинаковое, хотя и звучала порой непонятная речь.
– Детские прозвища у нас были на чувашском языке, – вспоминает она. – У меня – Тамана, в переводе с чувашского – сова, в очках потому что ходила. У брата Александра – Селехе (слюнявый), у старшего по фамилии – Щержи (воробей). Мы не обижались. Своё детство вспоминаю с теплотой. Все вместе: и русские, и чуваши, и молдаване, и латыши – играли в чижика, лапту, в берёзовой роще строили шалаш и там пропадали с утра до вечера, сооружали плот и плавали на нём по пруду, силки на зайцев ставили, грибы собирали. Груздей здесь было много, а лисички, которыми славится наш край, тогда особо за грибы не считали. Землянику собирали за рекой. Были няньками для местной малышни, пока родители трудились в совхозе.
Закрепилась в селе фамилия Воробьёвы
По словам Галины Васильевны, Мало-Жирово ей очень дорого, хотя здесь прошло только её детство. Девятый и десятый классы оканчивала в Асиновской школе-интернате, потом поступила в Томский мединститут на фармацевтический факультет. По распределению её отправили в Кузбасс, где прожила 30 лет. Занимала должность заместителя заведующей центральной районной аптекой. Потом переехала в Томск, поближе к своей малой родине.
А вот большинство родственников остались в этих краях. Отец ушёл из жизни рано, не дожив и до шестидесяти. Василий Пантелеймонович владел любой техникой и пользовался большим уважением в совхозе имени Кирова, как и его сын Николай. Династия механизаторов Воробьёвых на весь район славилась, их имена и портреты не сходили со страниц местной газеты.
Мать скончалась в 94 года. Двух старших братьев, Николая и Александра, тоже нет в живых. Василий, который много лет отработал в местной школе учителем и директором, и Юрий не расстались с родной деревней, куда каждое лето приезжает и их единственная сестра. Она поддерживает жизнь в родительском доме, который после кончины мамы Воробьёвы не продали. Для Галины Васильевны он стал местом возвращения на родину. С ранней весны до поздней осени она здесь, часто не одна, а вместе с внуками, которым деревенские просторы тоже по душе.
«Хоть и родилась я в Чувашии, но считаю себя сибирячкой. К этому месту я прикипела всем сердцем», – признаётся героиня.
Сибирячка с чувашскими корнями
Галина Васильевна увлечённо рассказывала мне о происхождении своего народа и о языке.
– Чувашский язык, относящийся к тюркской группе, делится на разные диалекты. Моя мама вспоминала такую историю. Свекровь отправила её к соседям за какой-то вещью, название которой невестка впервые слышала. Та пошла, повторяя новое для себя слово, чтобы не забыть. Оказалось, так на диалекте её мужа называется большая сковородка.
Родители Галины чаще общались между собой на чувашском языке, а дети больше на русском. Как призналась моя собеседница, родной язык со временем стал забываться, но смысл речи она всё ещё понимает. Помнит и некоторые слова, которым научила старшего внука Сашу, проявившего интерес к истории своего рода.
Когда заговорили о национальной кухне, Галина Васильевна рассказала, что её родители варили лёгкое вкусное пиво из хмеля, которое на их родине пили вместо кваса. Из маминых блюд вспомнила запечённый в русской печи творог в форме колбасок, напоминающих по вкусу и по виду сыр. А вообще чувашская и русская кухни, по её словам, очень похожи.
Коллекция кукол
Говорят, что у чувашей особый характер, который отличается спокойствием, трудолюбием и доброжелательностью. Этот народ веками жил в гармонии с природой и трудился на земле. И Галину Васильевну земля и деревенский труд не отпускают. Ей семьдесят три, а она с апреля по октябрь на своей усадьбе, где всё утопает в цветах. А ещё чувашки славятся рукоделием, вот и Галина Васильевна часто сидит со спицами и пряжей.
Особый интерес вызывает коллекция 
её вязаных кукол. Это целый хоровод, символизирующий её большую родню, в которую влились люди с разными национальными корнями: чувашскими, русскими, молдавскими, немецкими, польскими, украинскими... Дополнили этот ансамбль чеченка и белоруска. Каждая кукла – в костюме, символизирующем её историческую родину. Русскую мастерица приодела в старинный наряд, который носили в Томской губернии. Эти куклы уже путешествовали по разным выставкам. Продолжает Галина Васильевна вязать и сейчас, о чём можно судить по лежащим на столе спицам, ниткам и новым игрушкам. Её руки, умелые и трудолюбивые, вяжут не только для души и внуков. Она состоит в группе волонтёров, которые вяжут бойцам СВО обереги, а также игрушки, которые продают на ярмарках, а вырученные средства направляют на гуманитарные нужды.
По словам моей героини, в отчем доме ей работается быстрее и с большим удовольствием, чем в городской квартире. Старинная изба, где прошла большая часть её детства, остаётся для неё местом силы и притяжения. «Родная земля не отпускает», – улыбаясь, говорит она.
Екатерина Корзик
Оставить сообщение: